Обсуждение «Дьявол не так глуп, чтобы вселяться в сумасшедших»

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
«Дьявол не так глуп, чтобы вселяться в сумасшедших»

Психиатрия веками боролась с инакомыслящими. Их жгли огнем и сажали на цепь



Уже на заре своего существования человечество знало немало способов расправы с неугодными — от побивания палками и камнями до поедания. Но по мере того как развивались наука и правовая система, появлялись и более утонченные и изощренные методы. Оказалось, что человека достаточно признать сумасшедшим, чтобы лишить его всех прав: у такого можно отобрать собственность, его можно посадить в тюрьму, кастрировать и даже убить без каких-либо юридических последствий. Такая практика существовала сотни лет, и далеко не все методы карательной психиатрии ушли в прошлое, в том числе и в России. «Лента.ру» начинает цикл публикаций об истории психиатрии и о том, как в разные годы она помогала церкви, обществу и государству бороться с неугодными.


«Его посадили в колодки, как помешанного»
Психические расстройства были знакомы людям с незапамятных времен, и не будет большим преувеличением предположить, что в древности с душевнобольными обращались примерно так же, как сейчас обращаются с ними жители удаленных от цивилизации районов Амазонии или тропической Океании. Агрессивных и опасных больных там считают одержимыми злыми духами, а безобидных и тихих — любимцами богов. Первых гонят и бьют, вторых — чаще жалеют.

Не имея других объяснений, люди тысячелетиями считали любые проявления психической патологии карой божьей: примеры этого можно найти и в Библии, и в мифах Древней Греции. При этом эллины со своими душевнобольными не особенно церемонились, даже если они были знатного рода.

«Отец истории» Геродот приводил рассказ о спартанском царе Клеомене, который после утомительного похода вернулся в Спарту, «заболел помешательством» и был принудительно изолирован от своих подданных.

Он [Клеомен] и раньше был не совсем в здравом уме. Каждый раз при встрече с кем-нибудь из спартанцев он бросал ему в лицо палку. Ввиду такого поведения родственники посадили Клеомена в колодки, как помешанного
Геродот
Древнегреческий историк


Находясь в заключении, Клеомен сумел раздобыть у охранника меч, при помощи которого изрезал себя на полосы: «резал на себе кожу в длину от бедер до живота и поясницы, пока не дошел до желудка, который тоже изрезал в узкие полоски, и так умер».

Помешательство спартанского царя просвещенный Геродот объяснял не только наказанием богов, но и тем, что Клеомен неумеренно пил неразбавленное вино. Сегодня медицинский диагноз незадачливого спартанца звучал бы как «алкогольный делирий», или проще — «белая горячка».


«Бичом можно вызвать прояснение рассудка»
Римская империя дает немало примеров буйного помешательства. Достаточно вспомнить «подвиги» Нерона и Калигулы, превративших весь Рим в большой сумасшедший дом. Но то были императорские особы — с обычными гражданами, признанными сумасшедшими, общество особо не церемонилось.


Римский врач греческого происхождения Сорн, живший в царствование императора Адриана (II век нашей эры), писал, что некоторые врачи предлагали держать всех без исключения психически больных в темноте, не понимая, что темнота еще больше омрачает голову, в которую, напротив, нужно нести свет. Находились и такие врачи, как Тит, которые проповедовали голодный режим, забывая, что это — вернейший способ довести больного до смерти.

Врачи, сравнивающие умалишенных с дикими животными, укрощаемыми голодом и жаждой, должны сами считаться умалишенными и не браться за лечение других. Исходя из ошибочной аналогии, они предлагают применение цепей. Некоторые заходят так далеко, что рекомендуют бич, полагая, что таким воздействием можно вызвать прояснение рассудка
Сорн
Врач греческого происхождения, II век нашей эры


В Средние века жизнь человека стоила недорого, а уж жизнь душевнобольного и подавно. Все стороны психических расстройств рассматривались исключительно как предмет и следствие злонамеренного колдовства и одержимости бесами. Отсюда и популярные методы психотерапии.

Наиболее гуманным способом лечения одержимых был экзорцизм — обряд изгнания бесов. В отличие от более поздних времен, в раннем Средневековье доминировало убеждение, что человек может стать подневольной жертвой дьявола, а потому, прежде чем жечь на костре, следовало попытаться его освободить.

В основе ритуала экзорцизма лежит каноническая история, описанная в Евангелии от Марка и Луки, о том, как Иисус изгнал легион демонов из двух буйных сумасшедших, прячущихся в могильных пещерах. Изгнанные демоны вселились в свиней, которые впоследствии утопились.


Франсиско Гойя. «Святой Франциск» изгоняет демонов
Изображение: Public Domain / Wikimedia

Экзорцизм активно практиковался в Западной Европе с конца III века, когда во многих монастырях появилась штатная должность «изгонятеля бесов». Лечению экзорцизмом подвергались все припадочные, эпилептики, истерики и больные психозами. Нередко «терапия» затягивалось, и больные все это время жили при монастырях под присмотром монахов. Там же жили и тихие помешанные — их считали блаженными.


Охота на ведьм

В позднем Средневековье нравы стали жестче, а в качестве психотерапии слову божьему предпочитали пытки и казни. Множество душевнобольных погибли в застенках и на кострах, обвиненные в союзе с дьяволом.


Старт кошмару был дан в 1484 году буллой папы Инокентия VIII Summis desiderantes affectibus («Всеми силами души»), в которой предписывалось разыскивать и привлекать к суду людей, добровольно и сознательно отдавшихся во власть демонов.

Три года спустя доминиканские монахи Яков Шпренгер и Генрих Инститорис опубликовали «Молот ведьм», в котором перечислялись популярные способы опознания, изобличения и сокрушения зловредных женщин и колдунов. Несомненным доказательством виновности служило «чистосердечное признание», которое обычно добывали под пытками.

Слухи о многочисленных признаниях виновных в самых ужасных преступлениях разрастались и в силу многократных повторений начинали казаться людям достоверными и неопровержимыми фактами. Всеобщее напряжение, жуть и страх, настойчивость обвинений и постоянство признаний создали в обществе атмосферу повышенной коллективной внушаемости — а это, в свою очередь, способствовало дальнейшему распространению паранойи.


Сожжение ведьмы в Голландии в 1544 году
Фото: World History Archive / Globallookpress.com

Трудно сказать, каков был реальный процент психически больных среди ведьм, колдуний и их фанатичных истребителей. И как отличить, где кончается суеверие перепуганного невежественного человека и начинается сумеречное состояние истеричной женщины, галлюцинаторно-параноидный синдром больного шизофренией или бред, охватывавший целые города и страны.

А бред, как известно, всегда актуален. Если все вокруг будут увлечены поисками нечистой силы, то бредовые больные и параноики непременно поделятся на ведьм-колдунов и охотников на них.

Бред не корректируется никакими разумными доводами, логикой и фактами — на то он и бред. Переубедить бредового больного невозможно в принципе. Наоборот, любая деталь и мелочь будут интерпретированы им в пользу своей паранойи. Бред захватывает больного человека целиком — ни на что другое отвлечься он уже не в состоянии.

Именно поэтому одни параноики становились жертвами инквизиции, а другие (например, с бредом преследования) выступали в роли доносчиков и яростных обвинителей. Благоприятным «материалом» для инквизиторов также были депрессивные больные с идеями самообвинения, больные с галлюцинаторными расстройствами, истерическими реакциями и различными припадками.


«Дьявол не настолько глуп, чтобы вселяться в сумасшедшего»
Ведьмовские процессы продолжались до 70-х годов XVIII века. Некоторые исследователи считают, что душевнобольные составляли преобладающую массу казненных ведьм и колдунов. Другие, наоборот, полагают, что таким образом вполне здоровые люди сводили счеты друг с другом, добивались определенного положения и материальных выгод.

Обвинив человека, можно было избавиться от врага, политического противника, кредитора, а также завладеть его собственностью, получить награду или продвинуться по службе. Это весьма распространенная практика, которая широко используется до сих пор.

Между тем в одержимость бесами действительно верили даже знаменитые ученые того времени. Основатель научной хирургии Амбруаз Паре (1510-1590) посвятил несколько научных трудов влиянию демонов на болезни внутренних органов человека. Знаменитый врач и философ Парацельс (1493-1541) не сомневался в существовании людей, заключивших союз с дьяволом, хотя и с не которыми оговорками.

Дьявол не настолько глуп, чтобы вселяться в сумасшедшего, и скорее выберет человека здорового и разумного
Парацельс
Знаменитый врач и философ (1493-1541)

Однако даже в эти безжалостные времена находились люди, трезво оценивавшие происходящие события. Так Мишель де Монтень в своих знаменитых «Опытах» (1580 год) писал о ведьмах и колдунах, что эти люди представляются ему скорее сумасшедшими, чем виновными в чем-нибудь.

До чего же высоко нужно ставить свое мнение, чтобы решиться сжечь человека живьем
Мишель де Монтень
Французский писатель и философ эпохи Возрождения
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
«Помешанные гибнут, лишенные ухода»
Слово «бедлам» вошло во многие языки мира, в том числе и в русский язык, став синонимом неразберихи, бардака и хаоса. Между тем изначально так называлась одна из первых и самая крупная на тот момент лечебница для психически больных в Лондоне.

Уильям Хогарт. «Сцена в Бетлемской больнице»
Изображение: Public Domain / Wikimedia

В начале XVI века Лондон был уже очень большим городом со многими проблемами. Одной из них стали психически больные, которые стекались сюда со всей Британии и ее заморских территорий. Обыватели требовали изолировать больных, о чем постоянно заявляли через своих представителей в нижней палате парламента.

В результате в городе было открыто несколько заведений для содержания душевнобольных, крупнейшим из которых стало бывшее Вифлеемское аббатство, превращенное в Бедлам. Новое предназначение аббатства, по-видимому, и послужило поводом к разговорному искажению названия, происходившего от библейского города Вифлиема.


Сам же Бедлам на несколько столетий стал символом и эталоном психбольницы. Эту лечебницу в 1786 году ярко описал английский путешественник и филантроп Джон Говард.

Есть тюрьмы, куда сажают идиотов и помешанных, не зная, как иначе избавить от них здоровых, которых они расстраивают и волнуют. Там они гибнут, лишенные всякого ухода, между тем как при других условиях многие из них могли бы выздороветь и сделаться снова полезными членами общества
Джон Говард
Английский путешественник и филантроп. 1786 год

Обстановка в Бедламе была действительно кошмарной: множество больных были прикованы цепями к стенам. Голые, годами не мытые люди лежали на гнилой соломе, кишащей насекомыми и крысами, в камерах, куда едва проникал свет. За малейшее неповиновение их избивали смотрители.

По выходным посмотреть на «забавное зрелище» за небольшую плату стекались многочисленные посетители. Собранные деньги шли на оплату скудной еды больных и зарплату надзирателям. Любопытные наблюдения после своего знакомства с Бедламом в 1787 году оставил парижский врач и путешественник Тенон.

Душевные болезни на почве гордости и фанатизма неизлечимы, и лучше, если причиной послужили любовь или деньги. (...) Бурно протекающие случаи дают больше шансов на поправление. (...) Самостоятельно возникающее помешательство более благоприятно, чем наследственное
Тенон
Парижский врач и путешественник. 1787 год

И, наконец, главная жемчужина французского доктора — «Нет сумасшедших страшнее рыжих».


Эра «нестеснения»
Не лучше обстояло дело и в других «цивилизованных» странах. В Париже были свои «бедламы», наиболее известные из которых Бисетр (искаженный вариант названия Винчестерского аббатства) и Сальпетриер (бывшая пороховая фабрика, а затем мыловарня) сыграли большую роль в изменении отношения к душевнобольным.

В 1789 году началась Великая французская революция. Начав с Бастилии, восставшие принялись громить и разрушать тюрьмы как символ несвободы. Не обошли вниманием и места содержания умалишенных, тем более что власти уже вовсю использовали их для изоляции инакомыслящих и неугодных режиму граждан.


Филипп Пинель снимает цепи с душевнобольных в Сальпетриере (с картины Р. Флери)
Изображение: из собрания П.Каменченко

Революционным актом, имевшим огромные последствия, стало снятие Филиппом Пинелем цепей с душевнобольных в Сальпетриере. Этот эпизод запечатлен на знаменитом полотне художника Робера Флери.

К тому времени Пинель, автор нескольких научных работ по социальной гигиене и психиатрии, был назначен революционным правительством руководителем Бисетра, где радикально улучшил отношение персонала к душевнобольным и их содержание.

Считается, что с этого момента в психиатрии началась эра «нестеснения». Больных не должны были больше заковывать в цепи, были запрещены избиения и пытки. А единственным способом смирения буйных пациентов на долгие годы должна была стать смирительная рубашка. По крайней мере, такими были благие намерения. На практике же положение душевнобольных не улучшалось еще очень долго.

В 1844 году в Англии была учреждена должность «комиссара по душевным болезням». В обязанности комиссаров входила инспекция психиатрических больниц по всей стране и дальнейший отчет перед правительством.

Действительность оказалась ужасной: больные голодали, многих содержали в наручниках, от которых ткани повреждались до кости, на ночь всех загоняли в темные и холодные камеры. Буйные и тихие больные не разделялись, отчего первые били и калечили последних. Повсюду процветало воровство, приписки, подделки документов.


Смирительная кровать. С некоторыми изменениями используется до сих пор
Изображение: из собрания П.Каменченко

Нередко в психбольницы заключались за взятки неугодные родственники и наследники. Многие пациенты исчезали бесследно. Узнав о скором приезде комиссии, владельцы одной из больниц попытались ее сжечь вместе с пациентами. В другой больнице из 14 женщин 13 были найдены связанными. А в провинциальных больницах пациентов с вечера субботы до утра понедельника оставляли одних и прикованными к койкам, пока персонал отдыхал.

Существенно улучшилось положение душевнобольных лишь к концу XIX века, когда психиатрическая наука значительно продвинулась вперед: были описаны основные душевные болезни, и пациентов стали лечить, а не только изолировать.



«Говорил сумасбродные слова и плевал на образ Богородицы»

В России душевнобольные были точно так же, как и в других странах. В допетровской Руси буйных душевнобольных считали результатом божьего наказания, колдовства, дурного глаза или наговора. Было даже такое слово — божегневные, сейчас уже почти забытое.

Божегневных и бесноватых (эпилептиков, истериков и кататоников — обладателей психопатологического синдрома с двигательными расстройствами) считали опасными, а потому боялись их и старались лишний раз с ними не связываться.

В то же время тихих помешанных и слабоумных идиотов, наоборот, называли божьими людьми и блаженными. Их считали юродивыми, заботились о них и охотно подавали милостыню. В каждом крупном селе был свой деревенский дурачок, пожалеть и покормить которого считалось делом весьма богоугодным.


Лечение кровопусканием
Фото: Niels Keyland / Wikimedia

Вместе с тем были и лжеюродивые, которых подозревали в симуляции и злостном уклонении от работы — «живые мужики, и женки, и девки, и старые бабы бегают из села в село нагие и босые с распущенными волосами, трясутся, бьются и кричат, беспокоя смирных жителей».


Более-менее организованная помощь психически больным оказывалась в православных монастырях. Там же, при монастырях содержались люди с психическими отклонениями, за которых вносили плату их богатые родственники.

Первый российский законодательный акт, регулирующий отношение к душевнобольным относится к царствованию Ивана Грозного. В 1551 году при составлении нового судебника, названного «Стоглавым», было указано, что «одержимые бесом и лишенные разума» должны размещаться по монастырям, «чтобы не быть помехой и пугалом для здоровых, а получить вразумление и приведение на истину».

В 1677 году, в царствование Федора Алексеевича, был издан указ, по которому «глупые» не имели права управлять своим имуществом наряду с глухими, слепыми, немыми и запойными. В целом же, в течение всего Средневековья отношение к душевнобольным на Руси было значительно мягче, чем в католических странах Европы.

Первое политическое дело с уклоном в психиатрию случилось в России в 1701 году. Истопник Евтюшка Никонов был арестован за то, что «пришел к солдатам на караул, говорил, будто-де великий государь проклят, потому что он в Московском государстве завел немецкие чулки и башмаки».

На допросе Евтюшка вел себя дерзко: «кричал, бился, говорил сумасбродные слова и плевал на образ Богородицы». По совокупности заслуг истопник был признан падучим и опасным сумасбродом, «за воровство и непристойные слова» бит кнутом, заклеймен и сослан в ссылку в Сибирь на вечное житье.

В 1723 году Петр I распорядился «сумасбродных в монастыри не посылать», а устроить специальные для них госпитали (доллгаузы). Однако первый такой госпиталь был учрежден лишь в 1762 году, уже при Петре III. А в 1775 году Россия была разделена на губернии. Были учреждены приказы общественного призрения, при которых стали строить дома для умалишенных, или «желтые дома». Первый такой дом открыли в Новгороде в 1776 году.



Полое вращательное колесо для «производства в буйном больном тишины»
Изображение: из собрания П.Каменченко

«Произвести в человеке тишину»
В XIX веке больницы для умалишенных появились во всех крупных городах Российской империи. Русская психиатрия ни в чем не уступала лучшим западным образцам. «Беснующихся и задумчивых сумасшедших» лечили самыми передовыми методами: смирительными рубашками, голодом, обливанием ледяной водой, верчением в барабане и капанием воды на темя, рвотными средствами и кровопусканиями.

Если нужно неистовому сумасшедшему бросить [пустить] кровь, в таком случае пробивается жила сильнее обыкновенного. За скорым и сильным истечением крови вдруг следует обморок и больной падает на землю. Такое бросание крови имеет целью уменьшить сверхъестественные силы и произвести в человеке тишину
Рекомендация из старинного российского учебника нервных болезней


В политических целях психиатрия в царской России практически не использовалась. Лишь в единичных случаях инакомыслящие дискредитировались через объявление их сумасшедшими, как произошло, например, с писателем и философом Петром Чаадаевым.

Впрочем, наказание «умалишенному» автору «дерзкой бессмыслицы» на существующую власть оказалось весьма умеренным — год домашней самоизоляции под надзором полицейского лекаря.

А вот любопытный пример совсем другого рода. В 50-е годы XIX века в Преображенской больнице (впоследствии и до сего дня больница имени Петра Борисовича Ганнушкина) находился на излечении «ясновидящий» предсказатель Иван Яковлевич Корейша.

В течение целого ряда лет он пребывал в одиночной палате больницы, где «вел прием граждан» по личным вопросам. За советом к «прозорливцу» обращались представители всех московских сословий. Начальство такое паломничество совершенно не смущало, поскольку пациент являлся важной статьей больничного дохода. Когда Корейша умер в 1861 году, его похороны были грандиозны.
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
От эволюции к дегенерации
Но вернемся в просвещенную Европу. Передовые научные идеи далеко не всегда и не во всем идут во благо обществу. По крайней мере, не всем его представителям. В 1859 году Чарльз Дарвин опубликовал свое революционное сочинение «Происхождение видов», а за два года до этого знаменитый французский врач-психиатр Бенедикт Морель — научный трактат «О вырождениях физических, умственных и нравственных человеческой породы и о причинах, порождающих эти болезненные разновидности».

Вырождение есть болезненное уклонение от первоначального типа, и как бы незначительно ни было это уклонение на первых порах, оно обладает свойством передаваться по наследству, все более и более увеличиваясь. Таким образом, носители вырождения становятся все более и более неспособными выполнять свое назначение в человеческом обществе, а умственный процесс, нарушенный в их лице, подвергается еще большей опасности в дальнейшем потомстве
Бенедикт Морель
Французский врач-психиатр

Морель выдвинул теорию четырех этапов (поколений) деградации. На первом, люди, подорвавшие свое психическое здоровье неправильным образом жизни, проявляют «нервный темперамент, нравственные пороки, склонность к нарушению мозгового кровообращения (мозговым приливам)».

В следующем поколении это приводит к «апоплексии, алкоголизму, неврозам, эпилепсии, истерии и ипохондрии». В третьем поколении психические расстройства нарастают и вызывают «собственно душевные болезни, суициды и социальную несостоятельность».


Бенедикт Морель
Фото: Public Domain / Wikimedia

И, наконец, в четвертом поколении вырождение приводит к тяжелейшим «интеллектуальным, моральным и физическим нарушениям, в том числе к умственной отсталости, слабоумию и кретинизму». Дарвинская теория эволюции и морелевская — дегенерации — появились практически одновременно и вызвали в обществе огромный резонанс, направив научные умы в определенном направлении.

В 1887 году ученик Мореля, психиатр Жак Маньян издал «Общие соображения о сумасшествии у дегенератов». В этих соображениях Маньян определил наследственные психические заболевания как признак вырождения и дегенерации у некоторой части человеческого вида в ходе естественного отбора и требовал относиться к ним как общественной опасности.

Еще дальше пошел итальянец Чезаре Ломброзо, создавший учение о преступной наследственности. Патологическую предрасположенность к преступной деятельности он связывал с наследованием набора характерных особенностей и внешними признаками деградации. И, как это обычно происходит, от чисто научных теорий люди перешли к самому что ни на есть практическому их воплощению — евгенике.



200 долларов за добровольную кастрацию

Евгеника (от греческого — «хорошего рода, благородный») стала практическим результатом предыдущих теорий. В задачи евгеники входила борьба с вырождением человека, как биологического вида, селекция и улучшение генофонда.


Основателем евгеники считается англичанин Фрэнсис Гальтон — двоюродный брат Чарльза Дарвина. Гальтон был настолько увлечен идеей евгеники, что стремился сделать ее «частью национального сознания» и «социальным институтом управления эволюцией человека».

Управлять эволюцией и очищать генофонд начали с душевнобольных, преступников и алкоголиков (нередко в одном лице).

В 1907 году американский штат Индиана принял закон, по которому принудительной кастрации подвергались преступники, а также психически больные люди. Было сделано несколько сот подобных операций.

Еще дальше пошли законодатели Северной Каролины. Там принудительная стерилизация делалась автоматически всем людям, чей IQ был ниже 70. Во многих штатах поощрялась добровольная стерилизация среди бедняков. За подобную операцию им причиталась премия в размере 200 долларов. На международном конгрессе по вопросам евгеники в Нью-Йорке (1932 год) один из его участников ярко оценил перспективы применения закона о стерилизации.

Нет никакого сомнения, что если бы в США закон о стерилизации применялся бы в большей мере, то в результате меньше чем через сто лет мы ликвидировали бы по меньшей мере 90 процентов преступлений, безумия, слабоумия, идиотизма и половых извращений, не говоря уже о многих других формах дефективности и дегенерации. Таким образом, в течение столетия наши сумасшедшие дома, тюрьмы и психиатрические клиники были бы очищены от жертв человеческого горя и страдания
Участник международного конгресса по вопросам евгеники в Нью-Йорке, 1932 год

Программы принудительной стерилизации «неполноценных» граждан осуществлялись в Дании, Швеции, Швейцарии, Норвегии, Эстонии и Латвии. Но дальше всех по пути «защиты расы от вырождения» продвинулась нацистская Германия, где умственно и расово неполноценных граждан согласно принятым законам не только стерилизовали, но и подвергали эвтаназии.

Продолжение следует.

Петр Каменченко (с)
 
Регистрация
13.03.2018
Сообщения
25 156
Репутация
163
Баллы
0
Лайки
7354
Пол
женский
Между тем в одержимость бесами действительно верили даже знаменитые ученые того времени. Основатель научной хирургии Амбруаз Паре (1510-1590) посвятил несколько научных трудов влиянию демонов на болезни внутренних органов человека.
вы их видели ?

это люди нормальные в быту, они в меру адекватны...но у них что-то сломалось...и это не шизофрения....но что именно сломалось - не имеет научного объяснения...
церковников которые могут отчитывать - единицы, то есть это не приходит с " саном", это что-то тоже из необъяснимого...дара...
был такой же батюшка, где-то под Тверью, там к нему тоже много людей приезжало, но кто вел съемки во время отчитки, просто героический человек, это даже со стороны страшно смотреть...а ведь они ни чего не делают, просто читают молитву...а бесноватого корежит так, что они головы разбивают себе иногда...и это не шизофрения...
 
Регистрация
13.03.2018
Сообщения
25 156
Репутация
163
Баллы
0
Лайки
7354
Пол
женский
есть вещи, которые наша современная наука не может объяснить....иногда кажется, что наука вообще еще " в полу-зачаточном " состоянии ...когда что-то невозможно объяснить с научной точки зрения, это обычно приравнивается людьми науки к какой-нибудь " древней ереси" , поскольку разобраться не возможно, а "заклеймить " проще....

так вот, когда на территории бывшей РИ начали компанию с религией ( как "опиумом для народа"), были не только "законодатели" но еще и исполнители, те которые все это руками исполняли ( уничтожали церкви)...из этой массы людей часть сошла с ума, часть самоубилась, часть попала под вторую волну репрессий и была уничтожена...вообще среди этих богоборцев мало кто прожил больше 10 лет, после событий....и у этого нет "научного объяснения"....и даже нет политического объяснения, это люди которые на самом деле "верили в Маркса", были преданные делу партии...но их тоже всех "снесло" в могилы.


наука не может объяснить наличие бесноватых во все века
 
Регистрация
13.03.2018
Сообщения
25 156
Репутация
163
Баллы
0
Лайки
7354
Пол
женский
что не надо делать даже атеистам ...вы можете быть атеистом, и кем угодно, это ваше дело ....но не выбрасывайте иконы на помойку...если вам достались и не нужны - отнесите в Церковь поставьте там где-то на подоконник, служащие определят сами....
найденные кресты - тоже туда

у меня соседи ( по даче)...вполне себе нормальные люди, не богоборцы, но равнодушные к религии люди ( как и большинство) нашли иконы от прежних владельцев и отнесли на мусорку ( совершенно спокойно вместе с других хламом)
через неделю они всей семьей , попадают в автомобильную аварию, к счастью не насмерть, но хозяйка купленного дома получила перелом ноги и месяц лежала в гипсе...и причем они сразу поняли, что это "за иконы" ( ???) таких историй много....
и это не имеет ни какого научного или политического объяснения...
 
Регистрация
23.02.2017
Сообщения
24 690
Репутация
579
Баллы
6
Лайки
7550
Пол
женский
это люди нормальные в быту, они в меру адекватны...но у них что-то сломалось...и это не шизофрения....но что именно сломалось - не имеет научного объяснения...
церковников которые могут отчитывать - единицы, то есть это не приходит с " саном", это что-то тоже из необъяснимого.
Да разные они бывают, и катастрофически инвалидизированные,и абсолютно внешне нормальные. Священники их разделяют, есть реально психически больные, а есть - с подселившимися сущностями.
 
Регистрация
13.03.2018
Сообщения
25 156
Репутация
163
Баллы
0
Лайки
7354
Пол
женский
Да разные они бывают, и катастрофически инвалидизированные,и абсолютно внешне нормальные. Священники их разделяют, есть реально психически больные, а есть - с подселившимися сущностями.
вероятно что и так....
все же психически больные получают порцию таблеток у своего психиатра , инакомыслящие не известно кто это , если только политические то к ним использовали всюду карательную психиатрию ( "за компанию" с реальными больными) ....
бесноватым же помогает Церковь, потому что таблетки не помогут....
бесноватые могут внезапно заговорить и другими голосами ( не свойственными себе, детскими например ) и на других языках ( которые не учили ни когда), и каким-нибудь звериным образом , что с "обычными" шизофрениками не приключается..

изначально слабая нервная система, + сильные потрясения психические ( как дополнение : наркомания, алкоголизм, оккультизм или гадания) все способствует...

мы все мало об этом знаем, еще меньше и понимаем....
 
Регистрация
02.05.2017
Сообщения
4 683
Репутация
97
Баллы
0
Лайки
820
Пол
мужской
Область эта нам неизвестная и каждый волен здесь строить любые гипотезы.

А если посмотреть на себя. Как мы относимся к тем, кто нас практически не видит, а видя, не осознаёт, что именно он видит. Я имею ввиду насекомых.

Один относится к ним деликатно, понимая, что и они живые существа. Другой - безразлично, если не докучают. Третий же, любит их помучить, оторвать крылья, например ... и понаблюдать

ради развлечения. Вот и мир духов может оказаться таким же ...
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
«Был бы человек — диагноз найдется»

Как в СССР неугодных насильно отправляли в психбольницы и подвергали мучительным процедурам



«Лента.ру» продолжает цикл публикаций об истории психиатрии и о том, как в разные годы она помогала церкви, обществу и государству бороться с нежелательными элементами. В предыдущей статье мы рассказывали, как идеологи Третьего рейха, желая улучшить нацию, отправили на смерть десятки тысяч пациентов с психическими расстройствами. Между тем карательной психиатрией прославилась отнюдь не фашистская Германия, а именно Советский Союз. В СССР людей могли под надуманным предлогом насильно отправить в дурдом и придумать им диагноз. Кроме того, в советских психиатрических больницах практиковались изощренные наказания пациентов. Психиатр и кандидат медицинских наук Петр Каменченко рассказывает о том, как была устроена психиатрическая служба в СССР.

Изгои от психиатрии
В 1983 году Всесоюзное научное общество невропатологов и психиатров добровольно вышло из Всемирной психиатрической ассоциации (ВПА). Если бы этого не случилось, СССР со скандалом исключили бы из ВПА на ближайшем международном конгрессе в Австрии.

О том, что оргкомитет конгресса такое решение уже принял, председатель КГБ СССР Виталий Федорчук проинформировал ЦК КПСС служебной запиской «О подготовке специальными службами противника новой антисоветской акции в связи с предстоящим в 1983 году Всемирным конгрессом психиатров в Австрии».

Поводом для исключения советской психиатрии из ВПА послужили выводы международного комитета по расследованию случаев злоупотребления психиатрией, собравшего многочисленные доказательства «систематического злоупотребления психиатрией в политических целях в СССР». В Советском Союзе использование психиатрии в качестве инструмента преследования инакомыслящих не признавали до 1988 года.

5 января 1988 года Указом Президиума Верховного Совета СССР было принято «Положение об условиях и порядке оказания психиатрической помощи», призванное исключить использование психиатрии в качестве инструмента внесудебного преследования граждан по политическим мотивам.

«Положение» стало первым в советской истории нормативным актом, регулирующим деятельность психиатрических служб
До этого все определялось лишь ведомственными инструкциями, которые не публиковались в печати и не были известны общественности.

В том же году Минздраву СССР были переданы 11 психиатрических больниц специального типа, ранее находившихся в ведении МВД СССР, еще пять больниц были ликвидированы. С психиатрического учета были сняты 776 тысяч пациентов. В следующем году — еще около миллиона. Одновременно были изменены правила госпитализации в психиатрические больницы.

Мне довелось работать в психиатрии около полутора десятков лет. Шесть из них (с 1982-го по 1988 год) — врачом-психиатром в Московской городской клинической психиатрической больнице №15 — «пятнашке», как ее называли. Сразу оговорюсь: темой злоупотреблений в советской психиатрии я никогда специально не занимался, поэтому расскажу лишь о том, чему лично был свидетелем.


Рисунок больной с тревожно-депрессивным расстройством
Изображение: из собрания П.Каменченко




Рисунок больной с тревожно-депрессивным расстройством
Изображение: из собрания П.Каменченко



Рисунок больной с тревожно-депрессивным расстройством
Изображение: из собрания П.Каменченко




Рисунок больной с тревожным расстройством
Изображение: из собрания П.Каменченко




Иллюзии. Рисунок больной шизофренией
Изображение: из собрания П.Каменченко



Разорванные мысли. Рисунок больной шизофренией
Изображение: из собрания П.Каменченко
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
Из психбольницы — на стройку
В СССР положить человека в психиатрическую больницу было значительно проще, чем сейчас. Никакого согласия на добровольное лечение от него не требовалось.

В обычных случаях будущий пациент получал направление на госпитализацию в психоневрологическом диспансере (ПНД), после чего ехал в больницу самостоятельно или в сопровождении родственников. В направлении указывался «предварительный диагноз» и обосновывалась причина необходимости стационарного лечения.

В приемном покое дежурный врач осматривал пациента, ставил ему «диагноз при поступлении» и выбирал режим наблюдения: «строгий» или «общий» — в зависимости от состояния и опасности его для окружающих или себя самого. При наличии суицидальных мыслей ставилась пометка «суицид».

После этого пациента мыли, стригли (по необходимости), переодевали в больничное и отводили в отделение
Отделения делились на мужские и женские, а те, в свою очередь, на «острые», «санаторные», «геронтологические» (для пожилых) и «подростковые».

Когда я только начинал работать, в структуре психиатрических больниц существовали еще и «алкогольные» отделения, где лечение проходили хронические алкоголики. Там же оформлялись направления в лечебно-трудовые профилактории (ЛТП), где принудительно лечили от алкоголизма и одновременно заставляли работать. Например, на ЗИЛе.

Позже все «алкогольные» отделения были переданы из психиатрии в специально созданные наркологические больницы. Но до того я успел поработать и некоторое время даже исполнял обязанности заведующего в «алкогольном» отделении «пятнашки», рассчитанном на сто коек.

Для того, чтобы на законных основаниях отправить человека в ЛТП на год, был необходим ряд условий: диагноз хронического алкоголизма II или III стадии, два-три курса лечения, не приведших к результату, попадание в вытрезвитель, заявление из милиции и скверная характеристика с места работы.

С неработающими алкоголиками вообще не церемонились, да и у остальных согласия на помещение в ЛТП никто не спрашивал. Вот и приходилось мне, мальчишке, только что окончившему институт, решать судьбы матерых мужиков. Старался делать это по совести: убеждал, лечил, подшивал, кодировал…



Галлюцинации у больного алкогольным делирием. Рисунок пациента
Изображение: из собрания П.Каменченко



Галлюцинации у больного алкогольным делирием. Рисунок пациента
Изображение: из собрания П.Каменченко


Неисправимых отправлял в ЛТП. Шли как миленькие, пополняя собой ряды строителей развитого социализма. А куда им было деваться? Толку от ЛТП было мало. Обычно прошедшие курс лечебно-трудовой профилактики срывались сразу же после выписки.
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
«Борины рублики» и рука комиссара

Итак, большинство пациентов поступали на лечение добровольно. Но существовала и принудительная госпитализация. К буйному и уже состоящему на учете больному можно было вызвать психиатрическую перевозку. Приехавший дежурный врач выписывал направление, санитары вязали клиента и немедленно отправляли в психиатрическую больницу.

Психиатрическую перевозку можно было вызвать в отделение милиции, в вытрезвитель, в госучреждение.

В особых случаях пациента везли к дежурному по городу психиатру, который лично выписывал направление на госпитализацию
Таким образом в психбольницу попадали иногородние: бомжи, жалобщики, изобретатели, искатели справедливости, которых нередко забирали с улиц, вокзалов или непосредственно из приемных соответствующих госучреждений.

Как-то весной 1985 года во время моего дежурства из приемной Министерства культуры привезли растрепанного мужчину с целым чемоданом старых газет. Приезжий был из Костромской области, а в Москву привез проект памятника к 40-летию Победы, который выкроил из старых газет в натуральную величину. Высота памятника, по его расчетам, составляла около ста метров.

Под присмотром санитаров я попросил народного художника показать какой-нибудь фрагмент задуманного монумента. Примерно через полчаса в приемном покое высилось, кренясь и качаясь, странное бумажное сооружение. По мнению создателя, именно так должна была выглядеть рука комиссара, сжимавшая простреленный фашистами партбилет.


Автопортрет «фальшивомонетчика» Бори
Изображение: из собрания П.Каменченко


«Борины рублики»
Изображение: из собрания П.Каменченко



«Борины рублики»
Изображение: из собрания П.Каменченко


Следует заметить, что пространственным воображением я совершенно не обладаю, поэтому оценить шедевр по достоинству не смог — незадачливый изобретатель отправился в «острое» отделение, а отечественное монументальное искусство, возможно, лишилось будущего шедевра.

В другой раз милиция отловила и доставила в приемный покой «злостного фальшивомонетчика». Бедняга попался на том, что пытался расплатиться самодельными деньгами. На аккуратно выдранных из газеты прямоугольниках шариковой ручкой было написано «Борины рублики». Никакой вины Боря за собой не признавал, но все же был определен на лечение.
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
Где прятали бомжей в СССР

Вы никогда не задумывались, почему в СССР не было на улицах бомжей? Все просто: милиция их собирала и отвозила в дежурную на тот день по городу психбольницу. Там бомжа мыли и определяли в отделение, где врач выяснял, откуда этот бедолага родом. После того как в больнице собиралось несколько иногородних, их отправляли этапом на историческую родину.

В местной больнице бомжа возвращали родственникам или устраивали в интернат для психохроников, если родственники не находились.

Придумать диагноз проблем не составляло
Сотрясение мозга было? Было! Пишем: «Органическое поражение ЦНС, осложненное хроническим алкоголизмом».

Не желавших лечиться привозили в больницу «на вязках» — фиксируя широкими брезентовыми ремнями. Смирительных рубашек на моей памяти никто не применял.

В отделении буйного определяли в наблюдательную палату, делали ему успокоительный укол в зад — обычно аминазин (2,0 внутримышечно) и, в случае необходимости, привязывали к кровати. Для вязок использовались вафельные полотенца: две ноги и две руки фиксировались к раме кровати. Надежно и безопасно.


Наркотический делирий. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Наркотический делирий. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Наркотический делирий. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко

В наблюдательных палатах на 8-12 коек не было дверей и постоянно дежурил санитар. В женском отделении — санитарка. В «пятнашке» санитарками традиционно работали бабы из Серпухова (больница располагалась на Каширском шоссе, добираться из области было удобно).

Женщины 50-60 лет были все как на подбор крепкие, коренастые, великолепно выученные и храбрые. Буйных больных они валили и вязали молниеносно. За поступившим больным двери отделения закрывались на контрольный ключ, а его дальнейшая судьба полностью зависела от квалификации и человеческих качеств лечащего врача.

Подавляющее большинство пациентов советских психбольниц находились в них по прямым показаниям, которые и сегодня были бы признаны абсолютными. Это острые и хронические психозы разной этиологии, депрессии, неврозы, психопатии, реактивные состояния, органические поражения ЦНС, эпилепсия, все виды врожденного и приобретенного слабоумия и так далее. И сегодня, после того как ряд диагнозов был пересмотрен, все они нуждались бы в стационарном лечении. К сожалению, были и другие.
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
По поведению и по состоянию
Большая часть моей врачебной психиатрической практики пришлась на работу в женском подростковом отделении. Отделение было большим — на сто коек — и занимало два этажа. Врачебных ставок было три с половиной. Так что на каждого из трех врачей приходилось по 30 с лишним больных.

Пациентками были девочки 14-18 лет с самой разнообразной психопатологией. Поскольку других специализированных подростковых психиатрических отделений в стране не было (либо детские, либо взрослые), к нам везли самых сложных больных со всей страны.

Нагрузка была большая — иногда в отделении находилось и 110-120 больных, но персонал был обучен, а лекарств достаточно. Работала система социалистической интеграции — Венгрия и ГДР имели очень сильную фармакологическую промышленность и снабжали Советский Союз и другие страны Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) необходимым количеством лекарств высокого качества.


Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Стелющийся пожар в лесу. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко


Мой мир. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Циклодоловый психоз. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Портрет врача. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко


Проблема состояла в том, что значительное число подростков попадало к нам из-за асоциального поведения. Прогулы в школе, уходы из дома, алкоголизация, сексуальные связи, проблемы с милицией считались достаточным поводом для помещения их в сумасшедший дом.

Вначале подросток, часто из неблагополучной семьи, попадал на учет в детскую комнату милиции по месту жительства, затем собирал несколько приводов в милицию.

Могли задержать просто за то, что после девяти вечера несовершеннолетний сидел в компании у подъезда, на детской площадке или в беседке, грубо ответил или чем-то не понравился участковому
Дальше — вызывали в милицию родителей. После нескольких предупреждений инспектор по делам несовершеннолетних брал направление в ПНД и привозил подростка в больницу. И хорошо если он попадал не во взрослое отделение, а к нам.

Формально «асоциальных» госпитализировали на обследование. Если подростку ставили диагноз (выписать без диагноза было невозможно — врач просто не мог сдать историю болезни в архив, не указав его), работники милиции снимали с себя всякую ответственность за «психа» и одновременно улучшали статистические показатели.

И что было с ними делать? С одной стороны, малолетние психопатки, сексуально расторможенные хулиганки, алкоголички и оторвы. С другой — практически дети, которых насильно привезли в сумасшедший дом и перемешали с тихими депрессивными домашними девочками, слабоумными олигофренками, отличницами с тяжелой нервной анорексией, больными с шизофреническими психозами и с неврозом навязчивости, злобными эпилептичками, истеричками с суицидальным поведением и прочая, прочая…

В результате младший медперсонал и сами больные делили поступавших на тех, кто «по поведению», и тех, кто «по состоянию»
Для первых пребывание в больнице было наказанием, вторых нужно было лечить, а иногда и спасать.

Полностью изолировать одних от других в условиях большой скученности было практически невозможно. В результате те, кто «по поведению», обижали тех, кто «по состоянию». Тайком от персонала издевались над ними, дразнили, отнимали передачи, били. Приходишь утром на обход, а у всей «тихой» палаты вместо носов синие «сливы». Понятно, что ни больным, ни их родственникам, ни персоналу это не нравилось. Приходилось принимать меры — наказывать.
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
Сульфозиновый крест

Самыми серьезными проступками были попытки побега, нападение на других больных, кражи и курение в палате. За проступки можно было лишить прогулки или отсрочить выписку. Но это чаще всего не помогало. Ведь «на воле» справиться с ними не могли ни родители, ни педагоги, ни работники милиции. Кроме того, нужно было защитить действительно больных и персонал.

Наиболее эффективным средством коррекции поведения был сульфозин — стерильная взвесь серы в персиковом масле. Изначально сульфозин был показан как шоковая терапия для лечения затяжных и резистентных к психотропным препаратам форм шизофрении.

Внутримышечные инъекции сульфозина вызывали выраженный пирогенный эффект. Резко повышалась температура тела, на фоне чего ускорялись обменные процессы и, как следствие, лучше усваивались психотропные препараты. Но значительно чаще сульфозин применялся в качестве наказания.


Навязчивые образы при шизофрении. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Навязчивые образы при шизофрении
Изображение: из собрания П.Каменченко



Навязчивые образы при шизофрении. Творчество пациентки подросткового отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко

Никакого физического вреда здоровому организму он не наносил, но температура под 40 и резкая болезненность в местах инъекций надолго избавляли отделение от нарушительниц поведения. Им объяснялось, что это важная часть их лечения. Бывали целые сульфозиновые палаты по 8-10 человек. В туалет и в столовую пациентки «на сульфе» продвигались по стеночке, и нарушать режим у них не было ни желания, ни сил.

Обычно инъекции делались в ягодицу, реже — в обе ягодицы или под лопатку.

Существовал и так называемый «сульфозиновый крест» — четыре инъекции одновременно: под лопатки и в ягодицы
В нашем отделении такое никогда не практиковалось. Но я знаю, что в «острых» взрослых отделениях его в качестве наказания применяли.

Худшим же из всего, с чем мне пришлось столкнуться, было сочетание «сульфы» с галоперидолом без корректора. Сульфозин вызывал высокую температуру и сильную боль в местах инъекций, а от галоперидола сводило мышцы. Адское сочетание! И таким вот образом наказывал больных заведующий «острым» мужским отделением, куда я ненадолго попал в самом начале своей медицинской практики.

После курса сульфозина поведение пациенток менялось радикально: родителям, милиции, педагогам, врачам они давали обещания быть самыми лучшими и послушными в мире, учиться только на пятерки и никогда больше не попадать в больницу. У многих память о лечении сохранялась надолго, и это им помогало вести себя «на воле» прилично. Или, по крайней мере, больше не попадаться.
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
«Учиться им! Жениться… Всем лечиться надо!»
Своих пациенток, вне зависимости от того, «по поведению» они к нам попали или «по состоянию», мы жалели и старались им максимально помочь. Но не всегда это было легко.

Как-то я подготовил большую выписку к первому сентября, чтобы все пошли в школу с началом учебного года. В противном случае пришлось бы много догонять, да и прогуливать было бы проще.

На утренней конференции, которую у нас остроумно называли «планеркой кровельщиков», главный врач больницы, узнав о большой выписке, разъярился — с ним такое случалось. Оказалось, что летом больница не выполнила план по койко-дням, и он любую выписку запрещает.

На мое замечание, что детям нужно учиться, главврач, весь покраснев и топая ногами, завизжал: «Учиться им! Жениться… Всем лечиться надо!»
Но я все равно их отпустил: кого-то — в реабилитационный отпуск, кого-то — совсем, продолжая вести фиктивную историю болезни, что было по сути преступлением.

Серьезной проблемой стало придумать диагноз тем, у кого никакого диагноза не было. Выше я уже писал, что при выписке нужно было обязательно сдать историю болезни в архив и обязательно указать диагноз пациента. Более того, для статистики его нужно было зашифровать кодом, взятым из официальной классификации психических болезней.

Кода «психически здоров» в нем не существовало, то есть работал принцип «был бы человек, а диагноз найдется». Мне же нужно было сделать так, чтобы человека не поставили на учет, и при этом не подставиться самому.

Был, например, такой случай. Семнадцатилетняя девочка работала летом после 10 класса помощником делопроизводителя в суде. Коллектив был склочным, и девчонку затравили.

После очередной выволочки она психанула и, уходя с работы последней, подпалила архив
Потом пыталась все потушить, но не смогла. В истерике, перемазанную сажей и с обгоревшими рыжими волосами ее привезли в сумасшедший дом.

Девочка была славная, а я понимал, что она сильно влипла. В результате сочинил настолько хитрый диагноз, что привлечь ее к уголовной ответственности было бы проблематично, а ставить на учет в ПНД вроде не за что. Диагноз гласил: «Острая адаптационная реакция у подростка с нарушением поведения и эмоций». Мне даже удалось его зашифровать соответствующим кодом из классификации. И таких случаев было немало.

Отделение КГБ и врачи-стукачи
В начале 1980-х западные правозащитные организации постоянно обвиняли советскую психиатрию в преследовании инакомыслящих. В результате Всесоюзное научное общество психиатров и невропатологов было исключено из Всемирной психиатрической ассоциации (хотя формально наши вышли оттуда сами). Сколько в этих обвинениях было правды и сколько пропаганды, мне неизвестно.

По теме могу рассказать следующее.

На четвертом этаже первого корпуса «пятнашки» находилось «отделение КГБ»
По крайней мере так его называли в больнице. Формально оно принадлежало ПБ №15, но пользовалось каким-то особым статусом. Обычных врачей дальше первой двери в него не пускали.

Даже ночью, во время обхода, дежурный по больнице врач делал запись в журнале, стоя между первой и второй запертыми дверями. Считалось, что там лечатся слетевшие с катушек сотрудники службы госбезопасности. Бывали ли в этом отделении диссиденты, я не знаю.

Уже после перестройки из достоверных источников стало известно, что почти в каждом отделении «пятнашки» были свои стукачи, писавшие регулярные отчеты обо всем происходящем за запертыми от внешнего мира дверями психушки. Главным сексотом больницы был местный парторг. За оказываемые услуги он регулярно получал бесплатные путевки за границу и ездил туда в качестве руководителя группы.


Автопортрет. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Циклодоловый делирий. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



На уколы. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченк



Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Белая горячка. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



За справкой. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Угрюмый больной. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко




На вязках. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Сосед по палате. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Сосед по палате. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко



Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко


Шизофрения. Рисунок больного 6-го отделения ПБ N15
Изображение: из собрания П.Каменченко
 

scorpium

Модератор раздела
Регистрация
29.03.2018
Сообщения
14 809
Репутация
280
Баллы
14
Лайки
15700
Пол
мужской
Награды
pero
Узница совести

Однажды в диссидентскую историю попал и я. В 1984-м или в 1985 году, точнее не скажу, в подростковое отделение поступила девушка 16 лет. Звали ее Настя. Фамилию не помню. Привезла в приемный покой ее милиция в сопровождении мамы.

Настя уже примерно год вела себя, по их мнению, неадекватно. На уроках в школе постоянно вступала в дискуссии с учителями, называя СССР империей зла, советский строй — фашистским концлагерем, руководителей страны — идиотами.

Получив паспорт, она тут же разрисовала его свастиками, исписала матерными словами и отнесла в милицию, где стала требовать, чтобы ее арестовали, а еще лучше — сразу отправили в тюрьму как врага народа
Дежурный вызвал маму и отправил «диссидентку» домой, покрутив пальцем, где следует. После этого Настя перестала ходить в школу, ездила на Арбат, где у нее появилась компания, стала неряшлива, перестала мыться, по несколько дней не ночевала дома, считала себя хиппи.

Дома ела только суп из пакетиков, отказываясь от приготовленной мамой еды, уносила из дома вещи, рассказывала, что за ней следит КГБ. Резала бритвой руки. В конце концов мама взяла в ПНД направление в стационар и с помощью милиции привезла дочку в больницу.

В отделении Настя была возбуждена, агрессивна, груба, разбрасывала использованные прокладки, заявляла, что ее «закрыли в дурдом по приказу КГБ», а весь персонал больницы — сотрудники этой организации, рассказывала, как она ненавидит советский режим, и так далее.

Объясняя, почему дома она ест только суп из пакетиков, Настя поведала, что «когда мама готовит еду, она может думать о чем-то плохом, поэтому есть приготовленную ею пищу нельзя».

Сомнений в том, что девочка больна и ее нужно лечить, не было — и я назначил необходимую терапию
Однажды во время посещений к ней пришли несколько знакомых. Попросились на прием. Я им объяснил, в чем состоит болезнь и насколько это серьезно. А через несколько дней радиостанция «Свобода» рассказала о том, как в 15-й психиатрической больнице города Москвы принудительно содержится «узница совести», которой по указанию КГБ насильно колют сильнодействующие психотропные препараты. Ну, а персонально я был назван представителем карательной психиатрии.

Не знаю, кто и как убедил Настину маму, но она потребовала немедленно выписать своего ребенка из больницы. Что я с сожалением и сделал. Такая вот в моей практике была карательная психиатрия.

***
В заключение должен сказать несколько слов в защиту дела, которым занимался значительную часть своей жизни. Когда советскую психиатрию огульно шельмуют, называют преступной или карательной, это по меньшей мере несправедливо.

Нельзя судить о поступках людей, живших в другое время и в другой стране, с точки зрения сегодняшних законов и морали. Многое из того, что сегодня нам кажется ужасным и противоестественным, в СССР считалось вполне нормальным, и наоборот — многое из того, с чем сегодня мы вполне смирились, в то время посчитали бы глубоко аморальным и недопустимым.

Мне выпало счастье работать со многими прекрасными специалистами и замечательными людьми, которых я вспоминаю с большой благодарностью. Тысячам больных они помогли вернуться к нормальной жизни. К сожалению, были и совсем другие примеры.

Продолжение следует.
 
Сверху Снизу